Вернуться к обычному виду

25 лет спустя

Опубликовано: 28.01.2016 Возврат к списку
25 лет спустя

Завершившийся недавно 40-й фестиваль циркового искусства в Монте-Карло был особенным: не было конкурсантов, жюри, призов. Организаторы решили пригласить тех артистов, кто в разные годы становился его лауреатом. Наш легендарный дрессировщик народный артист России Николай Павленко выступил вместе с Мартином Лэйси и Максимиллиано Нонесом.

А в 1990 году он завоевал «Золотого клоуна» фестиваля. Каким увидел артист Монте-Карло 25 лет спустя? Об этом – наше интервью.

- Николай Карпович, Вы работали на манеже втроем с животными другого дрессировщика. Вы впервые вошли в клетку к чужим животным?

- Мне доводилось входить в клетку не к своим животным, но там были совсем ручные тигры, и я с ними не работал. А начал я работать с тиграми, приняв группу Александра Николаевича Федотова. Я эту группу принял готовую. Там был потрясающий южнокитайский тигр Султан, очень свирепый, с громким ревом. И Александр меня очень долго крутил вокруг него, не испугаюсь ли я. Но на меня не производили впечатления рыки животных, потому что еще до прихода к Александру 12 лет я прожил под канонаду рева, рыка, воя, визга львов, тигров, леопардов, ягуаров, обезьян, шакалов и заканчивая павлинами. Поэтому на меня никакого впечатления эти страшные звуки не производили.

Так и здесь. У Лэйси в этом номере было 14 хищников. Я послушал рык этого льва, этих львиц – ну и все! Да, у нас разные методики подготовки, разные системы движения. У меня спокойные, нерезкие, а Мартин молодой, энергичный, быстро двигается. Я считаю, что надо животное посылать на трюк так, чтобы этого не было видно. Как бы оно само его исполняет. Тогда его приятно смотреть.

- Но вас было трое дрессировщиков в клетке. Невольно возникают ассоциации с Пласидо Доминго, Хосе…

- Да-да (смеется). Нас так и прозвали сразу – три тенора. Если меня после Монте-Карло 90-го года назвали «Кароян в клетке», то вот теперь – три тенора. Причем в первый же вечер! Работа была так построена, что с частью животных один работает, с другой – второй и третий – с оставшейся. В целом животные подготовлены неплохо. У каждого дрессировщика своя методика подготовки. Есть такие, кто говорит, что у них очень большой темп, другие предпочитают более спокойный ритм. Но надо смотреть – самое главное – на скорость выполнения трюка животным на первое малозаметное требование дрессировщика. Вот тогда это темп! В этом смысле примером фантастической работы с животными для меня всегда служили Люда и Володя Шевченко, когда у них были только львицы. Они заслуживают самых высоких эпитетов, которыми можно описать их работу. И подобной работы я больше никогда ни у кого не видел. Вот там темп был бешеный!

- И как вас приняла публика?

- Как мне потом сказали, все смотрели только на нас, а не на животных (смеется)!

- Так ведь когда еще можно будет увидеть трех дрессировщиков из разных стран в одной клетке! К тому же не конкурентов!

- Да, это правда. Вот когда я был на своем первом Монте-Карло, мы мило здоровались, мы мило раскланивались, мы мило разговаривали. Но как только объявили результаты конкурса, моментально перестали здороваться! Артисты избегали общения, отворачивались, никто не делал никаких комплиментов… Вот что значит конкуренция!

А сейчас конкурса не было, потому и атмосфера была дружественная. Действительно будто встреча друзей. Это мы с ними редко встречаемся, а они там, в Европе, буквально трутся друг о друга постоянно. И если еще в первый и второй день люди присматривались друг к другу, то с каждым днем атмосфера становилась все мягче и дружелюбнее. Именно сама артистическая атмосфера была приятной.

Но, конечно, первый фестиваль мне понравился больше. Во-первых, потому что это все было увидено мной впервые. Тогда я еще не видел цирк «Ронкалли», не видел «Ринглинг», поэтому, естественно, впечатлений было больше. И во-вторых, публика была другая – парадная. Было очень много (сейчас не столько) цирковых фамилий. Сейчас не были представлены Кни, например, не были Буглионы… Была Мари-Жозель Кни, но она все-таки не урожденная Кни, а жена артиста, и мастерство за мужем, а не за ней. Хотя она, конечно, много работает и знает конный цирк. Не все фамилии мировые были. Но был там один старейшина всего этого действа, тот, кто стоял у истоков фестиваля. Это доктор Алан Фрэр. Человек, безумно любящий цирк, много делающий для его развития, и его присутствие, безусловно, воодушевляло. Флавио Тони был, Алекс Грюс… Это, конечно, дорогого стоило! Была вся семья принца и, конечно, принцесса Стефания, безумно влюбленная в цирк. Она день и ночь сидела в цирке, аплодировала и восхищалась артистами. И когда ей вручили «Золотого клоуна», она расплакалась.

- Вам дали возможность репетировать?

- Да, конечно. Обстановка была очень доброжелательная. Вы знаете, я не могу работать на нервах. Ведь даже когда животных ласкаешь, сюсюкаешь, то твое плохое настроение, какой-то там негатив, который ты стараешься удерживать где-то глубоко внутри себя, животными чувствуется, от них этого не скроешь. Ну а здесь настроение у всех, конечно, было праздничное.

Я как приехал, познакомился с Лэйси, до этого не был знаком с ним. Он мне сказал, что будем репетировать в 6 часов. Я пошел, натянул комбинезон, надел сапоги (там же опилки), просидели до полдвенадцатого ночи. Там репетировали китайцы. А их только пусти одной ногой в манеж! Неизвестно, когда ты их оттуда выудишь. Они как добираются до манежа – всё – никому больше прохода нет. Вся обслуга цирка, все уже к этому времени страшно устали. Давайте перенесем на завтра! Ну, что делать? Мы репетировали дважды – на следующий день и в день перед представлением. Клетка металлическая, признаюсь, меня стесняла и давила. Много железа, много вспомогательных тумб и так далее. Одним словом, чувствовал себя не в своей тарелке. А тут нас еще трое было! Как бы друг друга не задеть. Но ничего, справились! Вообще были собраны прекрасные номера, и мне все очень понравилось. Но были в том числе и такие, так сказать, варьетешные. Конечно, у нас это не будет смотреться, это буффонада.

- Кстати, организаторы фестиваля пригласили для выступления в рамках его программы Волжанских, а оно так и не состоялось. Почему?

- Я деталей не знаю, не могу ничего сказать. Вроде, там были какие-то чисто технические вопросы, что-то с подвеской.

- Но один артист тут же поспешил обвинить в случившемся... руководство «Росгосцирка». Мол, это оно во всем виновато!

- А кто же еще (смеется)? Вот, например, что бы у меня в аттракционе не произошло: рабочий напился, рабочий подрался или он там разбил что-то... Кто виноват? Павленко! А вы посмотрите, что сейчас в мире делается? И во всем виновата Россия! Там где-то кого-то убили, отравили, лицо повело… Кто виноват? Россия! Поэтому я считаю – делом надо заниматься, причем каждый своим делом. И все от этого только выиграют!


Рейтинг@Mail.ru