Вернуться к обычному виду

Ностальгический цирк

Опубликовано: 29 Февраля 2016  |  Источник: Независимая газета Возврат к списку
Ностальгический цирк Многие, причастные к цирку профессионально, до последнего не верили в то, что Олег Попов выступит в России с бенефисной программой. Им было известно, сколько безрезультатных усилий приложили разные люди, чтобы российский зритель смог увидеть живую легенду впервые после эмиграции Попова четверть века назад. Тем не менее это случилось. Лед тронулся прошлым летом: «солнечный клоун» приехал в Сочи на фестиваль, где выступил с репризами, а в декабре участвовал в открытии петербургского Цирка Чинизелли после реставрации. Сейчас один из старейших действующих клоунов приехал с бенефисом «Пусть всегда будет солнце!» – в Петербург, снова на Фонтанку. Представления даются по несколько раз в неделю и запланированы до второй половины марта. Увидит ли нечто подобное Москва, пока неизвестно.

…Взмывает старая добрая карусель, висящая над манежем, и тут оказывается, что все это время, пока зрители рассаживались, под ее тряпичным шатром стоял сам виновник торжества. Можно догадаться, что Олег Попов не «весь вечер на арене», и дело не столько в возрасте (85 лет), сколько в амплуа коверного клоуна, выступающего в паузах между отдельными номерами. (В этом амплуа, прославившем его, Олег Попов дебютировал 65 лет назад.) Бенефициант открывает, закрывает и «прошивает» репризами представление из разных цирковых жанров: от верховой езды до эквилибристики на канате и от воздушной гимнастики до дрессуры собак, обезьян, медведей. Вот Попов подходит к зрителям первых рядов, гордо показывая клетку с механическим соловьем. На словах «Да ведь птичка летать должна!» известный шпрехшталмейстер (попросту – ведущий циркового представления) Александр Фриш одним движением надевает клетку на голову коверного, освобождая соловья. А «звездные канатоходцы» Волжанские, выступающие вслед за этим, доказывают, что парить над землей могут и люди. Бенефициант то оживляет придавленную бабочку, подышав на нее, то одним поцелуем «чинит» сломавшуюся куклу, в образе которой на арену выходит супруга артиста Габриелла.

Перед автором сценария и режиссером Виталием Салтыковым (театральная публика знает его как актера, игравшего у Григория Козлова и Андрея Могучего в том числе) стояла не такая уж простая задача: объединить в нечто целое номера приглашенных артистов, оркестр Цирка Чинизелли и, конечно, репризы Попова. Программа заведомо разношерстная: отдельные номера отсылают к советскому цирку, а оркестранты, загримированные и одетые в полунинском духе, транслируют нездешнюю европейскую стильность и легкость. Это не режиссерский цирк, где слагаемые связаны единой творческой волей, а ряд номеров. И в этом свое очарование. Техника трюка выставлена напоказ, артист демонстрирует свое мастерство, не завуалированное фантазией художника и не размытое на фоне причудливых мизансцен.

Логика двухчастного (с антрактом) представления-бенефиса – скорее в освоении пространства цирка как модели мироздания, где есть «земля» и «небеса». Первый из отдельных номеров – верховая езда в исполнении Юрия Володченкова – задает стремительный ритм и охвачен брутальной и страстной энергией. Конь как бы помогает красавцу хозяину ухаживать за девушкой; пик выступления – прыжок через скакалку, один из сложнейших трюков в дрессуре.

Вторая часть бенефиса также начинается с лошадей: русские верховые «вычерчивают» красивый рисунок под команды Аиды Гаджимирзаевой и Вадима Колодочкина. Далее в каждой из двух частей программы дрессура чередуется с освоением высоты. Воздушную сферу покоряют и «звездные канатоходцы», и гимнастка Яна Сердюкова (остроумно придумано ее неожиданное превращение в артистку из капельдинерши), и акробаты Вячеслава Черниевского, проделывающие невероятные прыжки на подкидных досках и взрывающие зал своим драйвом.

Органичен самый финал бенефиса, намечающий солнце в этой маленькой вселенной. Попов исполняет знаменитую репризу «Лучик»: ловит убегающий от него «солнечный» (прожекторный) луч в корзинку и, когда это удается, собирается уйти с манежа. Как видно по советским телезаписям и словесным описаниям этой репризы, раньше клоун и уходил, унося луч с собой (этим версия Олега Попова отличалась от версии Юрия Никулина – Михаила Шуйдина, тоже исполнявших «Лучик», но с финальным «выплеском» света на зрителей). Известно, что в эмиграции Попов изменил сценку, и теперь в финале он делится солнечным светом с публикой. Не уносит свет с собой «солнечный клоун» и в петербургской программе.

– Все течет, все меняется. И мода, и искусство, и техника, – сказал Олег Попов корреспонденту «НГ». – Раньше так трудно было раздобыть телефон, а теперь у каждого ребенка один, а то и два мобильных телефона. Клоунада тоже меняется. Должна меняться. Должна быть современной и понятной сегодняшнему зрителю.

Сегодняшним детям, владеющим компьютерами с пеленок, клоунада Олега Попова будет понятна, но будет ли близка – другой вопрос (все-таки иное мышление). Этот бенефис, думается, предназначен иным ребятам –  тем, советским. Именно у них, зрителей среднего и старшего поколения, глаз горит, когда в антракте они видят узнаваемые береты в черно-белую клетку, которые наряду с мороженым и сладкой ватой продают в киосках и буфете.

«О, сам Олег Попов к нам пожаловал?» – говорят главной героине в фильме «Самая обаятельная и привлекательная», и это иронический аргумент в пользу того, что ей не нужно покупать клетчатое кепи с помпоном. Да, «сам Олег Попов к нам пожаловал». Пусть это прозвучит без иронии, как пожелание посмотреть и ностальгически прикоснуться к детству. А вдруг получится?    

Рейтинг@Mail.ru