Вернуться к обычному виду

«Маресьев» из цирка: потерявший обе ноги дрессировщик вернулся на арену

Опубликовано: 13 Декабря 2017  |  Источник: «Московский комсомолец» Возврат к списку
«Маресьев» из цирка: потерявший обе ноги дрессировщик вернулся на арену

История дрессировщика хищников Виталия Смолянца похожа на новогоднее чудо. Спасая людей, попавших в аварию на обледенелой трассе, он потерял обе ноги. Врачи «скорой» сомневались, что довезут его до больницы живым. В любой момент он мог умереть от болевого шока и кровопотери.

Потом были долгие недели в реанимации и длительная реабилитация. Виталию Смолянцу пришлось заново учиться ходить. Протезы натирали ноги до кровавых мозолей. Но Виталий поставил цель вернуться на манеж.

День 14 декабря 2016 года, когда дрессировщик после травмы вышел на арену цирка в Ростове-на-Дону, стал для него переломным. Зрители могли и хорошо принять, и освистать. Виталий ждал и аплодисментов, и возгласов: «Зачем выпустили на манеж инвалида?»

Девять львиц и тигров не подвели, без ошибок выполнили трюки, которые не делает никто из хищников в мире. Зрители стоя приветствовали дрессировщика на протезах.

О том, чего ему стоило выйти к хищникам на костылях после травмы и что пришлось поменять в программе, Виталий Смолянец рассказал «МК».

«Как дальше жить?»

В 2015-м Виталий Смолянец работал с хищниками в цирке в Костроме. Дрессировщику срочно потребовалось отлучиться в Ростов-на-Дону. Жена Инна уговаривала Виталия ехать на поезде. Но дрессировщик посчитал, что удобнее будет добраться до места на машине.

В ночь на 9 февраля Виталий, объезжая пробку перед Москвой, выехал на трассу Тверь—Москва.

Проехав 138-й километр, увидел разбитый «уазик». Видимо, его занесло на обледенелой дороге — и он на всей скорости врезался в разделительное заграждение.

— Конечно, притормозил. Я же из дальнобойщиков, мы всегда помогали друг другу, — рассказывает Виталий. — На дороге остался лежать человек. Его, видимо, выбросило из машины, потому что рядом валялись осколки лобового стекла. Я остановился, чтобы убрать человека с трассы. В любой момент на него могла наехать одна из машин. Подбежал, увидел, что из «уазика» выбирается водитель. Крикнул ему: «Вызывай «скорую», я оттащу твоего пассажира!» Взял парня под мышки — и тут увидел летящую на нас фуру...

Виталий успел отбросить парня через отбойник, а сам оказался под колесами многотонного грузовика. Ноги как будто попали в гигантскую мясорубку.

— Понял, что одна нога оторвана, другая была неестественно вывернута. Подо мной растекалась лужа крови. Боль была такая, что перехватывало дыхание. Пока не потерял сознание, вытащил из кармана телефон, стал звонить жене, чтобы проститься. Сказал: «Попал в аварию, но я не виноват. Жить не хочу, но знай, я тебя очень люблю!» Следом на автомате набрал номер телефона брата... Я был уверен, что вот-вот умру, — признается Виталий.

Потом, по воспоминаниям Виталия, картинки мелькали как в калейдоскопе. Один из останавливавшихся водителей снял с себя курку, укрыл его, другой подкладывал под спину одеяло...

Спасли дрессировщика прибывшие на место аварии сотрудники ДПС. Сняв с себя ремни, они стали перетягивать Виталию ноги. Крича от боли, он услышал: «Так надо, братишка, терпи». «Скорая» привезла его с трассы в поселковую больницу Редкина через полчаса. Врачи удивлялись, что при такой кровопотере он еще живой.

Одежду на Виталии разрезали прямо на операционном столе. Речи о спасении второй ноги не шло. Она вся была раздроблена. Хирургам пришлось ее ампутировать.

Очнулся Виталий в реанимации. Врачи отбросили простыню, он увидел вместо ног — культи... и попросил об эвтаназии. Жить калекой не хотел. Это было страшнее смерти. Примчавшейся жене предложил: «Разводись со мной».

И тут в реанимации появился дрессировщик Эдгард Запашный. С Виталием он познакомился в Нижнем Новгороде, куда специально приезжал, чтобы посмотреть оригинальный аттракцион Смолянца.

У Запашных в семье была личная трагедия. Деду Эдгарда и Аскольда, когда они были маленькими, тигр оторвал руку. В больнице ему занесли инфекцию, он умер от гангрены. Узнав о том, что дрессировщик Виталий Смолянец после страшной аварии находится в поселковой больнице, Эдгард Запашный бросился на помощь. Позвонил из Редкина Иосифу Кобзону. Певец помог перевезти Виталия в Институт хирургии имени Вишневского.

Пять недель дрессировщик находился в реанимации. Врачам удалось его выходить. Но Виталий не понимал, как дальше жить. От одной ноги у него осталось не больше 20 сантиметров, от другой и вовсе 10.

Все это время с Виталием рядом была жена Инна. Держа мужа за руку, повторяла: «Со всем справимся». И ставила в пример спортсменов, которые бегают на протезах и завоевывают медали.

Поддержать Виталия в больницу приехал паралимпийский чемпион по биатлону Владимир Киселев. Рассказал о протезах, где работа коленного механизма регулируется с помощью микропроцессора. Помог составить программу реабилитации.

Цирковые артисты помогли собрать пять миллионов рублей на дорогостоящие современные протезы.

— В меня верили, даже без ног я обязан был вернуться на арену, — говорит Виталий. — Как только в конце апреля выписали из больницы, сразу поехали с женой в Брянск, где в то время в цирке находились мои львицы и тигры. Увидев меня, они чуть ли не по потолку начали от радости носиться. Толкали друг друга, чтобы подойти ко мне. И радость была, и слезы.

В начале августа Виталий встал на протезы. Превозмогая боль, начал ходить. Тренировался до изнеможения. То, что многим удавалось за месяцы, Виталий делал за неделю. Сначала передвигался с помощью ходунков, потом с костылями, следом — с одним костылем. А в сентябре уже начал репетировать номер.

Были скептики, которые уверяли, что звери воспримут изменившуюся походку дрессировщика как слабость и попросту его разорвут.

Виталий Смолянец доказал, что в работе с хищниками важна внутренняя сила, а не физическая крепость.

«С животными надо разговаривать»

Раньше дрессировщик подавал команды, указывая хищникам на снаряды небольшой металлической указкой-стеком. Но после аварии ему пришлось переходить на голосовые команды, так как руки были заняты костылями.

— Животные видели, что я не тороплюсь, и сами не спешили, — рассказывает Виталий. — У нас с хищниками не было войны, только дружба. Львицам и тиграм все равно, в каком виде я выхожу на арену, лишь бы вышел. Все трюки мы восстановили. Единственное, я не стал на хищников уже ложиться, когда они создавали живой ковер, потому что мне потом трудно встать.

Прошел год, как Виталий Смолянец после травмы дал первое представление. Гастроли у него расписаны на год вперед. Слабины он не дает. Репетирует с хищниками каждый день.

Дрессировщик подает команду, и шесть львиц, восседающих на высоких тумбах, поочередно встают на задние лапы. Следом два тигра, скалясь и рыча, в нижнем ряду, поставив передние лапы на специальные подставки, встраиваются в звериную пирамиду. Групповой трюк с большими кошками — самый трудный.

Виталий Смолянец для львиц и тигров — лидер.

Они нависают совсем рядом. Вес каждой кошечки — от 200 килограммов. Одним ударом они способны разбить череп медведя, переломить хребет оленю. Прыгают на шесть метров в длину и на пять в высоту.

Виталий Смолянец с женой Инной — в прошлом цирковой гимнасткой, ныне — дрессировщицей пони и обезьянок. Фото: Инна Исаева

Что противопоставить этой прыти и 10-сантиметровым клыкам?

— Только ласку и доброе отношение. С животными надо разговаривать. В качестве поощрения за выполненную работу я даю хищникам кусочки мяса. Но они не голодные. Больше реагируют, когда я их хвалю, говорю: «Ай, браво! Молодец!» Тогда они подпускают близко, дают себя погладить.

Никакого насилия я не проявляю. Если животное не хочет делать какой-то трюк, я не настаиваю. Не нравится ему прыгать — и не надо. У меня, например, из 9 хищников прыгают только пять.

— У вас в аттракционе бок о бок выступают тигры со львами. Они ладят между собой?

— Очень плохо ладят. Вольер с хищниками у нас перегорожен сеткой. У этих представителей кошачьих разная социальная природа. Тигр — это одиночка, который гуляет сам по себе. А львы живут целыми кланами — прайдами, от четырех до тридцати особей. Они сообща охотятся, совместно растят детей.

Тигров и львов можно сравнить с кошками и собаками. Тигру легче даются трюки, в частности прыжки с тумбы на тумбу. Он схватывает все на лету, но сам по себе очень коварный и трусливый. Затаив обиду, может выжидать, когда ты повернешься к нему спиной, чтобы напасть.

А львы — благородные. Они идут на тебя лоб в лоб, глядя прямо в глаза. Но работать с ними сложнее. Львам не так легко, как тиграм, даются прыжки. К тому же это очень своенравные животные. Чтобы их чему-то научить, придется помучиться. А для начала подружиться. Львы очень отзывчивы на ласку, они больше, чем тигры, привязываются к человеку.

— На манеже кажется, что хищники и не конфликтуют между собой.

— Там я хозяин, это уже не их дом, а рабочая зона. Они четко знают очередность каждого трюка, где они должны находиться и где я.

Репетиция продолжается. Львам несвойственно ходить на задних лапах. Считается, что самое большое, на что они способны, — это встать в стойку на задних лапах. А у Виталия Смолянца львица идет без сопровождения на задних лапах назад через весь манеж. Этот трюк не делает никто в мире.

Дрессировщик уже третий час на манеже. Подает команды, лавирует между снарядами. Один трюк сменяется другим. И только он один знает, каково это — работать с хищниками на протезах.

Животные у него ходят по струнке. К каждой кошке, по рассказам Виталия, нужен свой подход. Как у людей, у них разные характеры. Например, львица Мира терпеть не может тигров и львов. Признает только четырех собратьев, а с остальными постоянно ссорится. В то время как с людьми достаточно дружелюбна. Ласка — та не проявляет к сородичам никакой агрессии.

И конечно, без драк в зверином коллективе не обходится.

— Например, проходит одна львица, случайно наступает на другую. Та в ответ может рыкнуть, но может и сцепиться с обидчицей. Иной раз приходится охлаждать их пыл водой. Выплескиваем ведро воды, и они разбегаются. Но обиды хищники не таят, уже на следующий день общаются между собой как ни в чем не бывало.

— Как действовать, если хищники не слушаются?

— Слушаются всегда. А если животное плохо себя ведет, можно не брать его работать в манеж. Для него это наказание. Как так, все пошли работать, а его не взяли. Начинается рев, форменный скандал. Однажды мне показалось, что львица заболела, решил оставить ее в вольере. Зазвучала музыка, все пошли работать, а она осталась. Ассистенты мне говорят: «Львица от переживаний нос о металлические прутья разбила». Захожу, вижу — у нее учащенное дыхание, слюни текут. Оставшись одна, она начала психовать и нервничать. У дрессировщицы Ирины Бугримовой был подобный случай. У нее был старый лев. Ей показалось, что он приболел, льва не взяли в работу — и у него остановилось сердце. Поэтому я стараюсь, несмотря на недомогания, все-таки выпустить животное в манеж, но ограничить его в работе. Например, моей первой львице Нике сейчас уже 16 лет. В природе она бы не прожила и 10. Сейчас ей уже тяжело прыгать. Я ее в основном задействую в трюках, которые выполняются на полу.

Одна из львиц, стоящая на тумбе, между тем в избытке чувств намеревается лизнуть дрессировщика.

— Марта, когда залезает наверх, облизывает меня постоянно, — объясняет, улыбаясь, Виталий. — Но это не очень приятно. Верхняя часть языка у этих хищников покрыта мясистыми щетинками. Я наклоняю голову, чтобы она лизнула волосы. Потому что, если она дотягивается до кожи, потом остаются кровавые царапины. А вообще это признак уважения. В природе львы облизывают друг друга, ухаживая, расчесывают шерсть.

— Когти у львов достигают в длину 7 сантиметров, у тигров — и вовсе 10. Вы их подстригаете?

— Этого делать нельзя. Туба, на которой выполняют трюки во время представления животные, обшита ковром. Когда хищники отталкиваются от поверхности, они выпускают когти, как шипы, чтобы не соскользнуть. Когтями они также поддерживают мясо, когда во время трапезы рвут его зубами. Чтобы точить когти, в клетках у хищников лежат бревна.

Руки у Виталия все покрыты шрамами. Его большие кошки не раз прикладывались к ним и зубами, и когтями.

— Ничего страшного. И зашивали не раз, и в больнице лежал, — говорит как о чем-то обыденном Виталий. — Последний раз тигр мне прокусил руку в 2013 году, а год спустя львица в Китае мне рванула руку. Но это мои ошибки. Животные предупреждают рыком, когда я нарушаю дистанцию.

— Как надо действовать при нападении хищника?

— Если идет какой-то срыв, львица показывает характер, бросается вперед, я всегда иду прямо на нее. Надо успокоить животное, усадить на место, поговорить с ним. Иначе нападут все хищники сразу. Сработает инстинкт, как бы они тебя ни любили.

Рев льва слышен на расстоянии до 8 километров. Когда начинают подавать голос все 13 хищников Виталия Смолянца, впору затыкать уши. Но для дрессировщика нет лучшей песни, чем эта.

С хищниками надо подружиться. Фото: Инна Исаева

«Узнав о гибели львицы, потерял сознание»

В семье у Виталия Смолянца дрессировщиков не было. Он вырос в городке Харцызске Донецкой области. В детстве постоянно возился с бездомными собаками, обучал их различным трюкам. В армию ушел еще при Советском Союзе, а вернулся уже в новую Россию. В смутные перестроечные годы работал дальнобойщиком. В рейсы с ним отправлялась собака Аза породы доберман. Когда Виталий подавал команду «Возьми сумку», Аза аккуратно брала из рук одного из друзей хозяина пакет. Когда говорил «Сними шапку», собака подпрыгивала и снимала с человека кепку.

Казалось, Виталию Смолянцу на роду было написано стать дрессировщиком. В цирк он попал благодаря Сергею Белякову, который жил неподалеку. Друг работал в цирке администратором, а Виталий сел за баранку автобуса, стал возить артистов и реквизит. На представлениях не мог оторвать глаз от хищников. С маленькой львицей Байей мог возиться часами. А вскоре сам стал ассистировать другу, который к тому времени стал дрессировщиком. При этом и клетки устанавливал на арене, и вольеры чистил, и животных кормил. Однажды, когда дрессировщик задержался в другом городе и не успевал на представление, Виталий по его просьбе вышел на арену. С того момента его главной мечтой стал собственный аттракцион.

Звери стоили дорого. Шесть лет, отказывая себе во всем, он откладывал деньги на хищников. И наконец в 2002 году в Новосибирском зоопарке смог купить 1,5 месячного львенка Симона и полугодовалую львицу Нику. Не расставался со своими питомцами ни днем ни ночью. Спал с ними на одной кровати, сидел рядом, когда они болели, лечил, вытирал им морды. Потом, надевая спецодежду потолще, выпускал в манеж. Никто премудростями дрессуры с ним не делился. До всего доходил самостоятельно. Звери его кусали, царапали. Он обматывал пораненные руки бинтами и снова выходил на арену.

Для зрелищного аттракциона нужно было приобрести еще нескольких животных. И вскоре звериная семья пополнилась еще одной львицей. У Виталия в то время погибла любимая собака Аза. У добермана в семилетнем возрасте возникли проблемы с печенью. Несмотря на несколько операций, ее спасти не удалось. Горюя, новой маленькой львице он дал имя Аза. Но оно стало для хищника роковым. В семь лет, как и доберману, львице пришлось делать операцию. Она считалась несложной, даже простейшей. Но львица не проснулась после наркоза. Анестезиолог оказался недостаточно профессиональным, переборщил с наркозом. Узнав о гибели любимицы Азы, Виталий упал в обморок.

С тех пор он не хоронил животных. Но расстаться с хищником однажды пришлось. Льва Симона после инцидента в цирке шапито в украинском городе на Дунае пришлось отправить в зоопарк. Во время выступления львица Ника начала огрызаться на дрессировщика, Симон вступился за подругу и напал на Виталия. У дрессировщика была прокушена нога. В обуви хлюпала кровь. Несколько травм врачи зафиксировали на спине и животе. «Скорая» увезла дрессировщика в больницу.

— Я убедился, что на арене должны работать либо одни львы, либо одни львицы, потому что они живут прайдами, — объясняет Виталий. — У львиц должен быть один лидер — дрессировщик. Работать с разнополыми львами — это провокация. На тигров и леопардов это не распространяется.

Новых хищников, в том числе и тигров, Виталий привез из Уфимского и Казанского зоопарков. Пестовал будущих артистов, как собственных детей. И наконец аттракцион вышел на тот уровень, о котором Виталий Смолянец когда-то мечтал. За уникальные трюки с хищниками ему была присуждена международная премия «Мастер» в номинации «Лучший дрессировщик».

Выступления Виталия Смолянца с его большими кошками проходят при полном аншлаге. За 30 минут его подопечные успевают выполнить порядка 50 трюков. Зрители по-прежнему замирают, когда львица аккуратно берет кусок мяса, который дрессировщик кладет себе на шею. А ведь в природе хищники убивают жертву, впиваясь ей клыками в шею...

Но у Смолянца с большими кошками — полное доверие. Тигры рядом с ним доверительно прикрывают глаза. Потеря зрения делает этих хищников беззащитными. Они жмурятся, если чувствуют себя в безопасности.

Виталий Смолянец строго следит за рационом своих подопечных. В день каждый из них съедает по шесть килограммов мяса на кости, литр молока, яйцо, витамины.

— Привозят тушу, мы сами ее разделываем пилой. Топором не рубим, чтобы животным не попали осколки костей, — делится с нами Виталий. — Также даем им живой корм — кроликов и кур, чтобы была горячая кровь. Еще проращиваем для хищников пшеницу.

Виталий Смолянец остается единственным в мире дрессировщиком, который выступает с аттракционом хищников на протезах.

Бывает, что кто-то несведущий, замечая его походку вразвалочку, интересуется: «У вас что-то со спиной?» И потом долго смотрит дрессировщику вслед, когда слышит: «Дело не в спине. У меня ног нет».


Фотоматериалы

Рейтинг@Mail.ru