Вернуться к обычному виду

После потери ног, дрессировщик львов Виталий Смолянец сам стал легендой цирка

Опубликовано: 5 Апреля 2018  |  Источник: Тюменский городской портал Tumix.ru Возврат к списку
После потери ног, дрессировщик львов Виталий Смолянец сам стал легендой цирка Он выходит на арену к своим хищникам, опираясь на трости и прихрамывая. Львы и тигры слушаются его с голоса, без кнута. С единственным в мире дрессировщиком, у которого вместо обеих ног протезы, встретился журналист Tumix.

Цирк теперь другой, более открытый своему зрителю. На днях публичные репетиции шоу "Легенда цирка" провел для тюменских зрителей Заслуженный артист России Виталий Смолянец. Было бы грешно не встретиться с этим неординарным человеком. Мимо львиц в клетках иду ближе к стеночке, как советует мой провожатый. Большие кошки с интересом смотрят на незнакомую котлетку в пальто и весело, как мне кажется, подмаргивают… Они красивые и ухоженные. В выгороженной во "львятнике" комнате Виталий Смолянец шьет что-то кожаное, какой-то ремешок. Мы прихлебываем из кружек горячий кофе и неспешно беседуем.

Редкая профессия

Понятно, когда человек становится артистом цирка по наследству, как, например, жена Виталия Инна. Ее родители были гимнастами и эквилибристами, она сама с 12 лет профессионально начала выступать в качестве гимнастки. Сейчас у нее номер с обезьянками и пони.

Но Виталий-то не из цирковой семьи. Парнишка из небольшого шахтерского городка никогда не думал, что судьба приведет его в цирк, он, как многие его сверстники, мечтал о космосе. А стал, в итоге, дрессировщиком диких зверей. Профессия мало того, что редкая, так еще и опасная. Но Виталий со мной не согласен. Говорит, что опасных профессий много – полицейский, спецназовец, водитель, да мало ли еще.

Сам он как раз из водителей. После срочной службы в береговой охране на флоте, вернулся домой и устроился водителем-дальнобойщиком. Про 90-е с их нестабильностью и хроническими задержками в зарплате напоминать нет необходимости. Все было сложно. Как-то раз встретил своего друга – Сергея Белякова, который работал в цирке. Посмотрел на его тигров, львов и черного леопарда (его принято называть пантерой) – подивился, конечно, необычно все, но интересно, понравилось. Сергей позвал его водителем в цирк. Отчего бы не пойти – дело знакомое – крутить баранку. Кстати, именно в цирке он и познакомился со своей будущей женой.

(Нас на минутку навещает Инна Смолянец с Леликом на руках. Лелик не особо доволен, взвизгивает о чем-то своем. А мы продолжаем разговаривать.)

Постепенно Виталий начал помогать ухаживать за животными, в клетку вошел, потом стал подменять друга на репетициях, ассистировать в номере. Но Сергей тогда уже был не просто артистом, но и руководителем, и по делам летал к руководству в Москву (сейчас Сергей Беляков – заместитель гендиректора Росгосцирка – прим.ред.). Однажды позвонил, говорит, что не успевает в Оренбург прилететь, мол, выходи на номер вместо меня.

Виталий оделся и вышел на арену к публике. Говорит, что страшно не было, к животным уже привык, они к нему тоже, номер знал хорошо. Отработал вместо друга удачно. Так и пошло.

Храброе сердце – наследство?

Виталий улыбается в ответ на этот вопрос – люди говорят, что от матери досталось, слесаря-сборщика машиностроительного завода в Харцызске. Отец был шахтером, тоже, видать, не робкого десятка. Когда его напарники тикали из шахты при намеке на опасность, он не паниковал, а спокойно продолжал работу. И все же, Виталий настаивает, что характер у него от матери. Дело в том, что отец ушел из семьи, когда парнишке было всего 6 лет. Четверых детей (из них только одна девочка) мать поднимала одна. Одного взгляда хватало любому ее ребенку, чтобы понять что к чему. Все вышли в люди, получили профессии. Брат Юра живет сейчас в Германии, Сергей и Ира – в Харцызске, Володя работает вместе с Виталием в цирке. Более того, когда случилось несчастье, Володя выходил вместо брата на арену, работал номер. Какое несчастье? Спас человека...

Жизнь до и после

– Я рос в Советском Союзе, – рассказывает Виталий, – У меня были определенные понятия, как нужно поступать. Да и наставник мой на автобазе, где я успел поработать на фуре, учил, что нельзя никогда оставлять человека в беде, всегда надо помогать на дороге. И сам так поступал, никогда не проезжал мимо, если кому-то требовалась помощь. 9 февраля 2015 года. Возвращался в Москву из Костромы. Гололед. Неподалеку от поселка Редкино вижу уазик, врезавшийся в ограждение, рядом – человек в полувменяемом состоянии, а на самом шоссе лежит другой, как потом выяснилось, его выкинуло при аварии через лобовое стекло. И я понимаю, что сейчас его разотрет другими машинами в порошок. Бросился к нему, успел убрать его с дороги, а себя не успел – фура не смогла затормозить...

Одну ногу Виталию оторвало сразу тогда. Вторая была раздавлена. Он позвонил жене и попрощался с ней, что все, он не жилец. Позвонил брату. Скорая увезла в больницу, где ампутировали и вторую ногу...

Скорее всего, он так бы и умер в этой маленькой поселковой больнице, если бы не родные и друзья. Да и жить-то не хотелось, честно признается, даже требовал себе эвтаназию: профессии лишился вместе с ногами, боялся, что дети не примут папу без ног, да и жене, вроде как, обуза. Но Инна, хоть и плакала, но утверждала обратное – нужен, еще как, и ходить будешь, и бегать – есть же протезы! Что до сыновей, Марику было тогда всего 5 лет, он не полностью понимал, что случилось. А старшему Игорю – в его 13 – было наплевать на ноги, лишь бы папа жив остался.

Примчался в больницу Эдгард Запашный и... наорал на Виталия. Впрочем, даже не один раз. Сказал, что "все переживают за тебя, а ты девочку включаешь". И Эдгард, и Аскольд Запашные постоянно приходили в палату. Но состояние ухудшалось – образовались тромбы – тогда в ситуацию вмешался Иосиф Кобзон со своим авторитетом. В итоге Виталия увезли на реанимобиле в Москву и там выходили. Позднее врачи сказали, что если бы не вмешательство всех этих добрых сил, то прожил бы Смолянец еще пару-тройку дней. И все.

Встать на ноги, которых нет

Следующим этапом стали протезы немецкого производства. Стоят они очень дорого – 5 миллионов. Собирали деньги на них всем цирковым (и не только!) миром. Смолянец говорит, что у него лучшие в мире протезы – электроника и гидравлика. Конечно, надо было научиться еще и ходить. Протезист ворчал на своего подопечного, что тот слишком быстро всего хочет достичь. Но Виталий был целеустремлен – в августе встал на протезы, в сентябре вышел на работу, 19 декабря того же 2015 года – на манеж. Поначалу опасался, не без того, как примут его животные, тем более, что сначала он приехал к ним на инвалидной коляске. Приняли. За слабого не посчитали.

Когда цирковые покидают арену?

У всех по-разному получается. Дрессировщику хищников Николаю Карповичу Павленко нынче 75 лет, работает. Багдасаров Михаил Ашотович (1945 г.р.) уже передал своих животных сыну. Виталий Смолянец хотел бы, чтобы у него было так же. Но относится к такой вероятности философски: кто ж знает, сейчас сыновья настроены на эту же профессию, но все может измениться.

В любом случае, своих львиц и тигров он не бросит. Их у него 11. Это значит, что дом семьи Смолянец в Юрге терпеливо подождет еще, пока хозяева колесят по миру и лишь наездами бывают в нем.

Примечательно, что в одной клетке у него молодая тигрица находится вместе с львицами – это уникально, ведь в природе такой альянс категорически невозможен. Здесь же, в труппе, "кошечки" выросли вместе с молодых коготков.

О животных Смолянец говорит с особой теплотой. Когда-то его шокировала реакция одного дрессировщика на смерть медведя. Медведь был уже очень пожилой – 30 лет, а дрессировщик убивался по нему, словно по родному брату. А потом и сам Виталий прочувствовал на себе – каково оно – терять любимцев. Когда после операции умерла от наркоза львица Аза, Смолянец упал в обморок. Научился ли он теперь спокойно относиться к таким трагедиям, неизвестно, к счастью, не было больше случая проверить это. На сегодня самой старой (и первой!) его львице Нике уже 16 лет. Говорит, зубы "посыпались", суставы шалят – пьет таблеточки. Но в целом, признает дрессировщик, она в прекрасной форме и радуется жизни. В природе, надо заметить, львы живут максимум 9 лет.

Напоследок я задаю вопрос Виталию, считает ли он себя отважным человеком. Он смеется, и говорит, что нет, не считает.

– Амбразуру дота закрыть собой – вот поступок по-настоящему отважного человека!

– А дорога ваша... это не то же самое?

– Не знаю, не мне судить... (смущенно говорит Смолянец)

Так получилось, что публикация Драконозависимый Дмитрий Петрулев рассказал о своем понимании отваги стала началом небольшой серии материалов об отваге. Tumix продолжает собирать мнения людей разных профессий на эту тему.

Рейтинг@Mail.ru