Вернуться к обычному виду

Андрей Иофин: «В курский цирк будут приезжать артисты со всех стран мира»

Опубликовано: 11 Марта 2015  |  Источник: ООО «Друг для друга - Медиа» Возврат к списку
Андрей Иофин: «В курский цирк будут приезжать артисты со всех стран мира» Возрожденный курский цирк скоро отметит свой первый юбилей. За этот год в СМИ вышли десятки публикаций, посвященных и зданию, и новым программам. Их неизменным героем был директор цирка Андрей Иофин. Но несмотря на такое внимание прессы, о самом Андрее Михайловиче курянам мало что известно. Он не любит говорить о себе, целиком отдаваясь работе. Но для «ДДД» директор сделал исключение. И рассказал, как ловил в Тель-Авиве тигра, боролся с медведем в Бишкеке, и в чем заключается самый грандиозный и потаенный проект его жизни.

– Андрей Михайлович, вы были назначены директором курского цирка в 2001 году. Расскажите, что предшествовало этому?

– Я уже 37 лет директор цирка, а все остальное было в той жизни, которую я не помню. Я построил три цирка, два из них передвижные: «Мечта» и «Дружба». Работал за рубежом: в Израиле, Венгрии, Турции, на Кипре. Пришлось по миру поездить.

– Как вы попали в Курск?

– Назначение в Курск, признаюсь откровенно, – довольно неожиданное решение руководства. Прошло всего полгода, как я вернулся из Израиля. Генеральный директор Росгосцирка вызывает и говорит: «У нас тяжелейшая ситуация с Курском. Цирк погиб, от него практически ничего не осталось. Попытайся что-то сделать». 16 мая 2001 года я приехал сюда. Зрелище было удручающим. От самого цирка фактически остался один остов. Но еще больше меня огорчило другое. Был готов проект восстановления здания, экспертиза. Но когда я ознакомился с этими документами, стало понятно, что все надо начинать заново. Дело в том, что проект безнадежно устарел. Это была точная копия того, что существовало тут до пожара. Даже материалы оставались те же. К счастью, я нашел единомышленников в проектном институте, которые тоже считали, что строить «избушку на куриных ножках» не имеет смысла. Только три года ушло на изменение первоначальных чертежей. Заменили все материалы, оборудование, вентиляцию, системы пожаротушения, облицовку – практически все.

– Само здание тоже значительно изменилось. Появилась двухэтажная пристройка, без которой старый цирк обходился. Зачем она нужна?

– Мы пришли к выводу, что старая конструкция цирка не обеспечивает ни современных санитарно-гигиенических норм, ни требований безопасности. Извините за подробности, но в старом цирке на сто посетителей приходился один унитаз. Сейчас это неприемлемо. Возникла идея этой пристройки, которая называется вестибюльной частью. Там мы разместили туалеты и часть вентилиционного оборудования. А поскольку в цирк приезжают зрители из районов области и других регионов: Орла, Белгорода, Воронежской области – детей и взрослых надо кормить, решили сделать кафе. Хотя это было непросто. На нас давили, настаивали, чтобы второй этаж убрали, так как это дорого. Но мы его отстояли.

Учли и прежний печальный опыт. При тушении цирка возникли серьезные проблемы с водой. Потому построен огромный подземный бассейн на 500 кубометров. Он постоянно наполнен, стоят пожарные насосы. Поэтому даже если пожарные машины приедут без воды, проблем не возникнет... Построен второй репетиционный манеж. Мы старались учесть все мелочи, применяли самые современные наработки. Но совершенству нет предела. Сейчас я вижу, что еще кое-что можно изменить, доработать... Но на это нужны серьезные средства.

– Работа не прекращается и сегодня. Окна вашего кабинета выходят на стройку...

– На этом месте должно было быть двухэтажное технологическое здание. Но поскольку существующая ныне цирковая гостиница рассчитана на очень мало мест, двухэтажное здание разрослось до пяти этажей. Здесь будет новая гостиница с комфортными номерами, где можно будет разместить около 250 человек. Артисты оценят, что номера будут совмещены с гримерными – это очень удобно. А в цирк можно будет попасть, пройдя по воздушному переходу. Артисты – вечные странники. Они постоянно живут в гостиницах, бывая дома только в отпусках. Так же, как и директора. У меня и сын вырос в вагончиках, и сам я живу в гостинице цирка.

– Площадь перед цирком тоже преобразилась, теперь это одно из любимых мест курян для прогулок. Вы сделали отличный подарок городу. Чья была идея?

– Убрать скучный серый асфальт, сделать площадь красного цвета – моя идея. Восстановить фонтан, сделать его 13-струйным – тоже моя. Раньше тут никогда не было фонтана – это был технический бассейн для системы кондиционирования. Вода под давлением прыскала через отверстия в трубе, охлаждалась и снова поступала в систему кондиционеров. А теперь это настоящий фонтан, с автоматической системой управления, цветной подсветкой. Даже хотели сделать звук, но отказались от этой идеи – люди с ума сойдут, если по 12 часов будут слушать музыку. И так красиво.

– А вы уже считаете себя курянином или нет?

– Хотя по сути я коренной москвич (я родился во время войны, и мама, и отец были на фронте, но оба они из Москвы), но, наверное, уже ощущаю себя курянином. Очень меня злит, когда говорят что-то негативное о городе.

– Для вас каждое новое представление – это праздник или работа?

– Работа. Я не могу полностью погрузиться в зрелище, всякий раз приходится оценивать: праздник это или скучное действо. Мало того, что я – директор цирка, я еще режиссер и художественный руководитель. Посмотрев программу, я должен сделать артистам замечания. Может быть, переставить номера. Я обязан знать все: трюковой репертуар, принципы построения спектакля. К сожалению, профессия директоров цирка умирает. При советской власти был кадровый резерв. Сейчас при наших зарплатах мало кто хочет идти работать в эту систему.

– Как отдыхаете от цирка?

– Никак, мне не дают такой возможности. Дело в том, что я работаю без выходных. Стечение обстоятельств: я должен работать все будние дни, а в выходные дни – представление, я должен быть здесь. Поэтому выходных не бывает за очень редким исключением. Иногда хожу в театр. Мой друг, председатель комитета культуры Валерий Вячеславович Рудской, приглашает на мероприятия. Но бывает такая усталось, что сил просто нет пойти. Возраст серьезный. Честно говоря, я уже начинаю подумывать, что надо заканчивать эту работу и начинать жить для себя. Правнука, которому год, еще не видел из-за этой суеты. Он в Москве – только по телефону слышу, как он агукает.

– У директора цирка есть домашние животные?

– Две собаки, девочки – стаффордширские терьеры. Мама с дочкой. Разговоры и пропаганда в СМИ, мол, эта порода крайне агрессивная – бред. Они удивительно ласковые, добрые и очень преданные. Стаффы выведены не для боев, как думают многие, – это охотничьи собаки, у них даже перепонки на лапах, чтобы плавали хорошо. Естественно, если собаку не кормить восемь дней, она озвереет и бросится. Но никто не говорит, сколько погибает от овчарок, от колли, от любых собак, в том числе бездомных. Мои спят со мной. Дети в гостинице кричат: «Дедушка директор, а когда Альта выйдет гулять?» Мы выпускаем, ребята с ней играют, таскают за уши, хвост... Как вы думаете, я как опытный человек зверя бы выпустил, чтобы он с детьми играл? Но главный у нас – кот Петя. Он собак строит. Может стать на задние лапы – и по морде их. В то же время сам задирается, играет.

– В Курске на одном из первых представлений погас свет, дрессировщик остался на арене с тиграми. Позже вы сказали, что это был просто рабочий момент, ничего страшного не могло произойти. Но ваша специфика такова, что наверняка сталкивались с экстремальными ситуациями.

– Случалось разное. В Израиле во время представления у Запашного тоже погас свет. Но, в отличие от момента, который вы вспомнили, тогда на арене был страшный набор животных: слоны и тигры. Это непримиримые враги. Когда гаснет свет, тигры сразу пойдут на слонов. Мне пришлось залететь с фонарем в клетку. В том же Израиле в другой раз тигр убежал из цирка. И мы с племянником Мстислава Запашного вдвоем ловили его сетью. Хищник запрыгнул на частный участок, и мы его там накрыли.

Был эпизод, когда во время репетиции на дрессировщика напал медведь. Произошло это в городе Фрунзе, теперь это Бишкек. У дрессировщика был очень опасный номер: он боролся с медведем. Но почему-то на репетиции не было ассистентов. Я сделал замечание артисту, в этот момент медведь на него бросился. Мне пришлось вмешаться, чтобы животное его не убило. Оттаскивал медведя за губу. Обошлось. Но медведь мне всю спину в ленты распустил когтями. У него когти по 14 сантиметров.

– Этой зимой вы получили премию общественного признания «Курская антоновка», восстановление цирка назвали событием года. За этот год вам нередко приходилось общаться с прессой. Каково это – вдруг стать публичным человеком?

– Вручение премии, конечно, очень приятный момент. Я не отношу всё к себе – этого коллектив добился. Невозможно одному такое сдвинуть. Хотя Авдеев, наш бывший министр культуры, очень серьезно оценил мой вклад. Было приятно слышать от него теплые слова. Не думаю, что я стал публичным человеком. Да, какой-то интерес есть. Я рад, потому что интерес к моей персоне я сразу могу перевести на интерес к цирку, чтобы люди пришли. Я какой был, таким и остался. За рубежом тоже меня мучили журналисты, и по стране я никогда последним не был. Но с прессой я с большим удовольствием говорю о программе, чем о своей персоне. А о нашей новой программе «Вива, Зорро!», просто невозможно промолчать. Цирк Тамерлана Нугзарова – без преувеличения один из самых ярких аттракционов современности. Это лучшие джигиты, сложнейшие трюки, уникальные номера, которые не выполняет больше никто в мире. Но главное – это настоящий спектакль, до Тамерлана в цирке на такое никто не решался. Представление идет сразу на двух уровнях: на арене и подвесной конструкции. Зритель постоянно в напряжении. Это захватывающее действо, нам очень повезло, что мы сумели привлечь в Курск таких артистов. Поэтому я и курян призываю не упустить шанс насладиться этой феерией.

– В конкурсе на логотип города один из участников предложил позиционировать Курск как город циркового искусства. Как вы считаете, это возможно?

– Это сами куряне должны решать. Но имея такой цирк – почему бы и нет. Он – один из лучших в стране. Должен отметить, что такой цирковой площади, такого фонтана, такого памятника больше нет. Я дружил с Юрием Никулиным, и для меня делом чести было отстоять этот памятник, которого не было в проекте. Генеральный директор Росгосцирка передо мной поставил задачу, что этот цирк будет фестивальным. Сюда могут приезжать артисты со всех стран мира. Срок – начало следующего года.

– Не могу не спросить о планах на будущее.

– У меня есть проект. Потаенный. Написать заявление об уходе и поехать ловить рыбу.

Ирина ВЛАДИМИРОВА, фото Андрея КОРНИЛОВА

Фотоматериалы

Рейтинг@Mail.ru